Братство прерафаэлитов состояло из семи представителей: Дж.Э. Милле, Холмана Ханта, Данте Габриэля Росетти, Майкла Росетти, Томаса Вулнера, Фредерика Стивенса и Джеймса Коллинса. К этой группе была идейно близка и сестра Данте Габриэля и Майкла Росетии, Кристина, которая была поэтессой. Однако, официально она не входила в группу, так как для прерафаэлитов важно было число 7, которое они вместе составляли, а потому восьмого участника они принимать не стали.
"Этюд к Беатриче", Д.Г.Росетти |
Слово "прерафаэлиты" означает, что художники этого течения решили вернуться к истокам флорентийского возрождения, то есть к эпохе "до Рафаэля".
В то время в живописи Британии господствовали взгляды Британской Академии Художеств ( студентами которой, кстати, являлась большая часть братства). Но молодые люди стали восставать против сложившейся традиции, опубликовав в журнале "Росток" свое заявление о том, что они не желают изображать природу и людей отвлеченно-красивыми, и считают необходимым возвращение к природе и к натуре.
"Прозерпина",Д.Г.Росетти |
Прерафаэлиты заключили, что все картины необходимо писать с натуры, и часто на роль моделей приглашались друзья и знакомые членов братства. Милле во время написания знаменитой "Офелии" заставлял по несколько часов лежать в холодной ванне поэтессу Элизабет Сиддал. Сиддал в последствии стала любовницей Данте Габриэля Росетти и позировала для множества его картин и картин других прерафаэлитов, став настоящей музой братства. Она олицетворяла новый тип женственности, воспетой прерафаэлитами и принятой потом от них модернистами, - женственности недоступной, губительной и загадочной.
Британская Академия Художеств не терпела отступлений от классического канона, а потому не удивительно, что вскоре на прерафаэлитов обрушилась суровейшая критика. Очень натуралистическая картина Милле "Христос в родительском доме" вызвала такой шквал негодования, что сама королева Виктория попросила доставить её в Букингемский дворец для того, чтобы взглянуть на неё собственными глазами.
Многие картины так же сильно критиковались и за излишнюю натуралистичность и отступления от канона, а президент Академии Художеств Чарльз Истлейк разнес в пух и прах все принципы братства.
Ангелом-спасителем для прерафаэлитов стал уважаемый и талантливый критик, влиятельный историк искусства Джон Рёскин. В своих работах он обосновал многие художественные принципы искусства прерафаэлитов и оформил их в стройную систему. В нескольких статьях, опубликованых в "Таймс" Рёскин положительно отозвался о работах братства, а однажды даже заявил, что их работы могут лечь в основу художественной школы, более величественной, чем всё, что знал мир предыдущие 300 лет".
"Христос в родительском доме",Дж.Милле |
После такой лестной оценки Рёскина, общественность посмотрела на работы прерафаэлитов по-другому. Их признали и полюбили, выставки проводились чаще, а картины раскупались охотнее. Многие из уже признанных художников заинтересовались стилем и доктриной братства, стремились им подражать. Парадоксально, но именно такой взлёт и стал началом падения для прерафаэлитства. Когда в 1853 году Милле, один из самых талантливых живописцев братства, стал членом Королевской Академии, Росетти объявил о конце славной истории братства прерафаэлитов.
Комментариев нет:
Отправить комментарий